Лайфовые страховые компании предлагают повысить доходность по долгосрочным договорам, играя на фондовом рынке, — все риски достаются клиентам.

Не дожидаясь законодательных изменений, страховщики жизни начинают продавать клиентам суррогаты инвестиционного страхования. Поспешность СК, предлагающих псевдо unit-linked (продукты с возможностью инвестирования на фондовом рынке), вполне закономерна. Печальный опыт прошлых лет наглядно показал, что лайфовые компании, исповедующие консервативный подход при размещении денег клиентов, зачастую не могли обеспечить доходность по полисам, перекрывающую инфляцию: по итогам прошлого года дополнительный инвестиционный доход, заработанный страховщиками, колебался в рамках 12—16%, рост цен составил 16,6%.

НА СВОЙ СТРАХ И РИСК

Наиболее высокий заработок получили СК, рискнувшие поиграть на фондовом рынке: полученный ими инвестиционный доход зачастую достигал 18—20%. Окрыленные успехом, страховщики решили вступить в союз с компаниями по управлению активами и занялись разработкой совместных продуктов, суля страхователям головокружительную доходность.

Правда, набор программ инвестиционного страхования пока ограничен действующим Законом «О страховании». По нему СК не имеют права ни передавать резервы в управление КУА, ни покупать сертификаты инвестиционных фондов. Кроме того, согласно методике Госфинуслуг лайфовые страховщики могут размещать в ценные бумаги не более 50% от общего объема резервов. Поэтому каждая СК в меру своей изобретательности предлагает собственную версию инвестстрахования, находя возможность обходить законодательные препоны. К примеру, СК «Оранта-Жизнь» не так давно запустила совместный продукт с КУА «Миллениум Эссет Менеджмент» и ООО «Миллениум Инвестментс», в основе которого лежат пакетные продажи. Финансисты предлагают страхователям сразу два продукта — накопительный полис страхования жизни на десять лет с ежегодным взносом $300 и сертификат инвестфонда стоимостью $200 в год. Платеж по лайфовому полису страховщик размещает в соответствии со всеми правилами, предписанными небанковским регулятором, гарантируя клиентам 4% годового инвестдохода и обещая дополнительные бонусы. Что касается инвестиционного сертификата, то, разумеется, ни о каком гарантированном доходе здесь речь не идет — заработок инвестора напрямую зависит от ситуации на фондовом рынке. «В этом году мы прогнозируем ориентировочную доходность нашего фонда на 3—5% выше, чем по банковским депозитам, то есть на уровне 25—30%. Причем из ПИФа можно забрать деньги в любой момент. Несмотря на временную коррекцию на фондовом рынке, он, начиная с сентября 2008 года, начнет отыгрывать вверх», — уверяет Константин Кириченко, директор по развитию компании «Миллениум Эссет Менеджмент».

ИЗ СТРАХОВАТЕЛЕЙ В ИНВЕСТОРЫ

Некоторые страховщики жизни предлагают клиентам возможность инвестировать в фондовый рынок до 100% своих страховых накоплений. «Один из вариантов ухода от законодательных ограничений, который лежит на поверхности, — когда КУА создает инвестиционный фонд, но регистрирует его как общество с ограниченной ответственностью. В свою очередь, страховщик приобретает на свое имя пакет акций этого ООО. То есть формально он покупает не пай инвестфонда, что запрещено по закону, а долю в уставном фонде. Правда, такие операции очень ограничены по объемам — в акции одного эмитента СК может инвестировать не более 5% от резервов, в облигации — не более 10%. Поэтому, чтобы разместить в акции достаточный объем средств, придется открывать пять-шесть ООО, а это достаточно хлопотно. Кроме того, вложения на фондовом рынке должны быть очень консервативны. Если СК прогорит, она все равно будет обязана выплатить клиентам оговоренную страховую сумму, даже за счет собственных средств», — объясняет председатель правления СК «ТАС» Павел Царук.

Еще одна возможность — создание структуры, аналогичной ПИФу, внутри самой страховой компании. По такой схеме недавно начала работать СК «ПРОСТО-Страхование. Жизнь и пенсия». «Денежные потоки, которые поступают в компанию по инвестиционному страхованию, аккумулируются на специальных счетах, а затем инвестируются по структуре, аналогичной структуре размещения ПИФов. При этом сотрудник партнерской КУА консультирует компанию и дает рекомендации по размещению резервов. При подписании договора клиент подписывает так называемую инвестиционную инструкцию, которая дает разрешение СК инвестировать деньги в этот квазифонд. Таким образом, 100% средств страхователя вкладываются в ценные бумаги, разрешенные Госфинуслуг. Сейчас мы сделали такой продукт под одного из корпоративных клиентов. Обкатав проект, мы начнем розничные продажи продукта с 1 августа», — поясняет председатель правления компании Галина Третьякова. Правда, о том, чтобы предлагать клиентам несколько стратегий инвестирования (в классическом варианте unit-linked — консервативная, умеренная, рисковая), речь пока не идет. Все деньги скопом будут размещаться в одни и те же инструменты, соответствующие требованиям небанковского регулятора.

С одной стороны, такая схема работы имеет несомненные преимущества. Во-первых, приобретение сертификата инвестфонда сегодня по карману далеко не всем, но благодаря инвестстрахованию, обыватели могут постепенно выкупать и увеличивать «пай», внося в СК по 200—500 грн. в месяц. Во-вторых, при удачном развитии ситуации заработки на фондовом рынке обещают быть гораздо выше, нежели при консервативном размещении средств на те же депозиты или в недвижимость. Минус же таких проектов состоит в том, что если стоимость активов резко упадет, многолетние накопления клиентов могут просто пойти прахом. «В таких договорах нет гарантированного инвестдохода. Страховая сумма устанавливается как по риску смерти, так и по дожитию. Но она может меняться в зависимости от результатов инвестиционной деятельности СК, это не запрещено законом. То есть обязательства компании увеличиваются или уменьшаются в зависимости от стоимости актива. Все риски лежат на страхователе», — говорит Галина Третьякова.

Мнение страховщиков относительно таких проектов пока неоднозначно. «Ситуация, когда СК дает клиенту страховое покрытие и не несет ответственности, в принципе невозможна исходя из действующего законодательства. Лайфовая компания дает гарантированный доход, гарантированные выплаты и несет ответственность за сохранность денег клиента. Даже если гарантированный доход равен нулю, СК обязана выплатить клиенту страховую сумму. Любой убыток — это убыток компании, а не ее клиента», — убеждена председатель правления СК «Украинская страховая группа Жизнь» Оксана Голеншина. Тем не менее аналитики считают, что прототипы инвестстрахования будут становиться на рынке все более распространенным явлением. Уже сегодня страховщики пытаются постепенно избавляться от гарантированных обязательств по доходности или хотя бы «урезать» их. «В настоящее время есть тенденция снижения гарантированного инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, номинированных в иностранной валюте, с 4 до 2,5%. В основном это договоры, номинированные в евро. Снижение дохода связано с ограничением финансовых инструментов для размещения резервов в данной валюте, которые бы обеспечили нужную доходность и надежность», — говорит председатель правления АСК «ИНГО Украина Жизнь» Наталия Невядомская. «Это, безусловно, разумное решение, и к нему рано или поздно придут многие компании», — отмечает, в свою очередь, финансовый директор СК «Ренессанс Life» Евгений Никифоров. По мере снижения гарантированных обязательств по доходности проблема дополнительных заработков для клиентов будет становиться для страховщиков все более актуальной. Решить ее можно только за счет рискованных инвестиций в фондовый рынок.

Однако страховщики надеются, что им не придется «кормить» страхователей суррогатами unit-linked долго. «Сейчас обсуждается возможность внесения изменений в действующее законодательство, в частности по страхованию жизни. Среди прочего в проекте изменений предусмотрено введение инвестиционного страхования», — говорит Галина Третьякова.